«Развалины»: не оказываться перед таким выбором

Краткое описание: 

Волею случая предпоследний день фестиваля «M@rt.контакт» вместил в себя лишь один спектакль. Актёр польского театра «In Vitro» не сумел вовремя прибыть в Могилев, поэтому «Развалины» Центра драматургии и режиссуры им. Алексея Казанцева и Михаила Рощина остались, так сказать, в гордом одиночестве.

Полное описание: 

Блокадный Ленинград... На фоне Великой Отечественной войны (да, она в спектакле лишь фон!) разгорается война социальных слоев и поколений. Единственный разговор взрослых людей – беженки и ленинградца – становится краеугольным камнем спектакля. Марья Ильинична исповедует «религию деревни»: человек человеку – волк. Всю жизнь проживший в городе интеллигент, профессор Ираклий Саныч уверен: во время войны чувство человечности обостряется.

Марья Ильинична найдет выход из любой экстремальной ситуации (ей ничего не стоит, например, кормить семью трупным человеческим мясом), Ираклий Саныч, наоборот, поставит на первое место моральные принципы. Показателен эпизод, в котором мужчина роняет таз с водой после стирки. Бытовая неуклюжесть проявилась и здесь... Циничная женщина смеется над ним, не понимая стремления научить детей культуре речи, его посылов к уму и сердцу…

Анечка, дочь Ираклия Саныча, напротив, принимает позицию каннибалов, членов семьи Развалиных. Молодым свойственна беспринципность? А как по-другому выжить в осажденном городе! Поколение next выбирает путь наименьшего сопротивления, чтобы быть вместе с теми, кто тебе близок по духу (Анечка просто не желает сидеть дома с отцом-моралистом). Проблема выбора стоит, таким образом, слишком остро. Трагедия Ираклия Саныча – также в каннибализме, только в духовном. Поедание самого себя? Или смирение? Но лучше вообще не встречаться с таким выбором…

Симптоматично то, что в конце разговоров с детьми и Ираклий Саныч, и Марья Ильинична обращаются к Господу. «Дай им всем ума и прекрати эту войну», – просит отец Анечки. Старшее поколение уверено в своей правоте, но барахтается в осознании собственного бессилия. Мужчина не выдерживает. А вот для свершения благородного дела – борьбы с врагом – дети, оказывается, готовы выжить, съев мертвого человека. Как нам кажется, здесь вырисовывается проблема Теодицеи (оправдание доброго Бога за ЗЛО на Земле).

Андрей Ильеня, Елена Игнатова, МГУ им. А.А. Кулешова