Режиссерская лаборатория Римаса Туминаса на форуме «М@rt-контакт». Интервью с режиссером Хуго Эрикссеном.

«Ставить спектакль, не ставя; играть, не играя…
Этот путь может привести к гармонии»
Римас Туминас

Режиссерская лаборатория Римаса Туминаса

Каждый выпускной курс режиссеров Театрального института имени Б. В. Щукина привлекает внимание театральной Москвы. И на то есть причины: набор осуществляется раз в пять лет, а выпуск 2016 года – вообще особенный. Он представляет первую режиссерскую мастерскую, набранную Римасом Туминасом в Москве. Р. Туминас – художественный руководитель Государственного академического театра имени Евгения Вахтангова, а награды его мы перечислить не можем просто потому, что они не вместятся на страницу. Отметим только, что с приходом Р. Туминаса в 2007 году Вахтанговский театр занял одну из ведущих позиций среди драматических театров России и держится на ней до сих пор.
Два молодых режиссера – Хуго Эрикссен и Анатолий Шульев представят свои дипломные спектакли на форуме «М@rt-контакт», поэтому и мы сделаем для вас серию из двух интервью. Для начала – интервью с режиссером спектакля «За закрытыми дверями».

Хуго Эрикссен

Хуго Эрикссен: «Формулы "страдание очищает!" еще никто не отменял»

Норвежец по происхождению Хуго Эрикссен, поставивший «За закрытыми дверями» Ж.-П. Сартра, – новый герой, готовый к театральным открытиям?

Х.Эрикссен родился 28 сентября 1993 года в Москве. С 2011 по 2013 год – студент актерского факультета Школы студии МХАТ (Мастерская Дмитрия Брусникина). В 2013 году состоялся его режиссерский дебют – спектакль «Арто и его Двойник» по одноименной пьесе В. Семеновского. С 2013 по 2016 год – студент Театрального института имени Бориса Щукина, режиссерской группы под руководством Р.В. Туминаса. В 2015 году работал в Театре имени Евгения Вахтангова ассистентом режиссера Юрия Бутусова на спектакле «Бег».

– Какие театральные направления наиболее близки Вам и почему?
– Я открыт ко всему, что вызывает у меня подлинную эмоцию и/или мыслительную работу, вне зависимости от эстетики произведения.
– Что Вам дала лаборатория Р. Туминаса, чему научила?
– Римас Владимирович – это человек, которого я горд называть своим Учителем. Смею надеяться, что и он не испытывает чувства стыда, называя меня своим учеником. Во время обучения он предельно взыскательно относился к нашим пробам, не церемонился с нами, порой был жесток. Впрочем, если верить рассказам, Товстоногов не уставал повторять своим студентам: «Как бы я ни был жёсток с вами, жизнь окажется жёстче…» Пожалуй, в этом смысле мы уже неплохо "закалены" и готовы к столкновениям с жизнью в разных ее проявлениях. Главное, что Римас Владимирович дал нам возможность прикоснуться к его подлинному и самобытному пониманию театра. Сейчас, более не являясь его студентом, нередко ловлю себя на том, что в моменты сомнений и рефлексии вступаю во внутренний диалог с мастером, согласуюсь с ним.
– Кто для Вас Жан-Поль Сартр? Почему именно эта пьеса?
– В первую очередь, Сартр для меня является выдающимся мыслителем, чьи философские труды в свое время оказали некое влияние на мое мировоззрение. Очевидно, что и его драматургические опусы представляются мне отнюдь не безынтересными. Дело в том, что все постановки данной пьесы, которые мне довелось увидеть, доставили мне, как зрителю, неподдельные, вполне адские мучения. Быть может это прозвучит самонадеянно, но я почувствовал, что эта драматургия заслуживает более достойного сценического воплощения.
– Что нового вы открыли для себя во время работы над спектаклем?
– Боюсь, рассказывая об этом, я был бы вынужден поделиться с вами своими профессиональными секретами. Соблазн велик, но все же склоняюсь к тому, что подобное поведение с моей стороны было бы не вполне разумно.
– Какими качествами сердца и ума, по-Вашему, должен обладать режиссер, чтобы создать спектакль оригинальный, захватывающий, неповторимый? Каким образом эти качества проявляются?
– Увы, универсального рецепта не существует. Хотя в противном случае нас, вероятно, развратило бы засилье "оригинальных, захватывающих, неповторимых" спектаклей. А ведь порой так полезно посмотреть что-то вторичное, нудное и безвкусное. В конце концов, формулы "страдание очищает!" еще никто не отменял. Так или иначе, режиссер – это странная смесь его мироощущения, судьбы, ума, знаний, темперамента, эстетических пристрастий и техник, которыми он владеет. В зависимости от того, в каких пропорциях смешаны эти качества, проявляется – желательно, неповторимая – индивидуальность режиссера. Далее эта индивидуальность прорастает в его спектаклях.
– Каким видите театр через, скажем, 10 лет?
– Делать подобные предсказания не в моей компетенции. Затрудняюсь сказать, какими театральными поисками лет через 10 буду занят лично я. А разве при таком раскладе возможны более глобальные обобщения?
– 20 театров приедут на «М@рт-контакт» в этом году. Есть у Вас какие-то ожидания, связанные с форумом?
– Театр, если заниматься им профессионально, таит в себе некий соблазн. Соблазн запереться в репетиционном зале наедине с артистами, автором, погрузиться в процесс и надолго сбежать от реальности. В том числе, и от окружающей театральной реальности. В этом смысле, мне кажется, что подобная встреча разношерстных коллективов вернет всех к адекватному, насколько возможно – объективному восприятию действительности, что весьма полезно.
– Вы довольно молодой режиссер, за Вами будущее театра. Как ощущаете себя в современном театральном контексте?
– Весьма органично. Единственное, что утомило – во всяком случае, это очень свойственно российской театральной реальности – противостояние "традиционалистов" и "авангардистов", этот раскол, в последние годы становящийся все более разительным. Если отстраниться, в этом даже есть нечто забавное. Зачастую представители обоих лагерей, не посмотрев спектакли друг друга, заранее поливают грязью «оппонентов», ссылаясь, скажем, на некий новостной репортаж из которого им «и так все сразу стало ясно». Совсем неловко за коллег становится в те моменты, когда они делают подобные высказывания публично. Допускаю, что для них это своего рода психотерапия, возможность путем подмены выместить психическую энергию определенного свойства, разобраться с гложущими их комплексами, но все же… Думается, что на глубинном уровне Театр – в первую очередь созидательный процесс, а отнюдь не разрушительный. Советую всем воинам этой «гражданской» театральной войны перечитать Вольтера и вспомнить, что самое мудрое – «возделывать свой сад». Мудрее «возделывать свой сад», а не возмущаться по поводу того, как «омерзительно» разбил свой сад сосед.
Елена Быкова.
«За закрытыми дверями» (Ж.-П.Сартр, режиссёр Хуго Эрикссен). Фото предоставлено Театром им. Е. Вахтангова

За закрытыми дверями
За закрытыми дверями
За закрытыми дверями
За закрытыми дверями
За закрытыми дверями
За закрытыми дверями
За закрытыми дверями