Елена Быкова о спектакле Киевского академического молодежного театра "Золотые ворота" "Бракованные люди": У каждого внутри есть частичка «Гупёшки».


На «Мастера и Маргариту» никому из нашей редакции попасть не удалось – такой в театре кукол был ажиотаж. Зато «Бракованных людей» по пьесе Василия Сигарева «Гупёшка» редакция посмотрела полным составом. Режиссер Стас Жирков поставил пьесу в киевском театре «Золотые ворота» и привез на фестиваль.
Это, пожалуй, первый спектакль «М.@рт.контакта», который вызвал столько разнотипных эмоций, что я не знаю, с чего начать и чем закончить. Постараюсь по порядку. Началось все с пресс-конференции, на которой объявили о замене спектакля «Сталкеры» из-за болезни главной актрисы. Услышав фамилию Сигарева, я сразу поняла, что пойду смотреть в третий фестивальный день. Потому что видела не один его фильм и догадывалась, каким спектакль будет по общему настроению. Не прогадала.
У Сигаревских персонажей есть что-то общее. Они чудаковаты, часто являются жертвами обстоятельств, не пытаются изменитьсвою жизнь к лучшему. Это люди, бегающие по кругу, ужасному, страшному кругу, но они не прекращают бегать, потому что это их круг. Они знают его как свои пять пальцев.Первое, что пришло в голову, когда на сцене появились актеры – уж больно Тамара (Ирина Ткаченко) напоминает героинь Яны Трояновой, жены Сигарева. «Дурноватыми» выражениями, жестами. И в этом нет ничего предосудительного, ведь актриса смогла передать состояние, образ мышления, созданные автором. Ирина очень яркая, ее энергия доходила даже до последних рядов зрительного зала.
Сам автор определил жанр пьесы как «то ли комедия, то ли трагедия в двух действиях». И здесь нужно сказать, что режиссер постарался на славу, чтобы сделать из текста комедию такой, какой она получилась в итоге. Когда я сидела в зале, мне почему-то казалось, что смеются единичные люди. Но было действительно смешно наблюдать за всеми глупостями, что творили герои. Ощущение их внутренней скомканности, сконфуженности, интереса и неудобства одновременно – то, что нужно в плане сочетания эмоций.В спектакле были моменты, которые не совпадали с текстом пьесы. Хотя на общей картине это никак не отразилось. Режиссер нашел отличные решения того, как передать эмоциональное состояние героев – это их движения, «пластичность», если можно так выразиться. Когда Леня, разговаривая с Пашей, хватает жену за руки и начинает управлять ей как тряпичной куклой, мы понимаем, что это и есть их отношения в реальной, а не комедийной плоскости.
Возможно, спектакль обвинят в пошлости. Но, на мой взгляд, Сигареву присуще такое снижение стиля всилу специфичности характеров его персонажей. Ведь мы смотрим постановку о людях из глубинки, о рабочих заводов – всех тех, кого хочется как-то обойти стороной. Потому что не хочется верить, что это мы. В спектакле были и не совсем приличные сцены, и острое слово, но это оправдано. Такова культурная ситуация среды, о которой ведется речь.
Мы все носим внутри себя частичку «Гупёшки». В этой то ли комедии, то ли трагедии было много смешного. Комичность создавали нелепые ситуации, диалоги и мастерство актеров. Но и трагичного было много. Женщина, для которой страдание – образ жизни, а память о мертвой дочери – камень. Ее муж, злой на всех и вся, с разбитой жизнью. Третий – мужчина, который решается на бесчестный поступок, чтобы не потерять работу на заводе. Все вместе они – общество загнанных в угол людей, для которых собственная клетка дороже возможности быть счастливыми. Да и вряд ли у них была эта возможность. Ведь самых близких людей они изводят, а потом носят в памяти и сожалеют, когда тех нет рядом.
Режиссер обрезал финал. По тексту пьесы все заканчивается немного иначе. Тамара разбивает бутылку о голову Паши, и тот уходит. А ее жизнь с мужем продолжается, все такая же тягомотная. Наверное, Жирков имеет право на финал в своей интерпретации. Да и стоило ли говорить дальше, если понятно все было и так?
Комедия нетипична. Чтобы ее понять, нужно обладать и чувством юмора, и острым, открытым ощущением реальности не в самых красивых ее проявлениях. Проблема, поднимаемая в спектакле – это невозможность по разным причинам исправить свою судьбу, человеческое бессилие. Говорить о красивом всегда легко и приятно, но жизнь не такая. А границы разломов человеческих душ – вот таких неказистеньких, маленьких, ничем не приукашенных – порастают комизмом. И это все – действительно современность. И действительно заслуживает внимания